Арт-проект «Литературные портреты. Женский взгляд». Лара Гишар

Сегодня я расскажу об одном арт-прoекте, идея которого, как и все интересное, пришла нежданно-негаданно. Во время наших прогулок муж часто берет с собой фотоаппарат. Все мои фотографии – его авторства. Никто другой меня не видит такой, какой я открываюсь ему. В минувшие выходные стояла очень характерная для нашей изменчивой сибирской весны погода, и мы решили прогуляться по старой части Барнаула. Это те места, где время не иначе как остановилось. Так получилось, что наша прогулка с самого начала приобрела особый колорит: талый снег, вкрадчивая прозрачная капель, обветшалые деревянные дома начала прошлого века, низкое, давящее небо, предвещающее снегопад и томик Пастернака, присутствие которого невообразимым образом стирало временные границы. Символично, но это были не стихотворения, а мой любимый роман – «Доктор Живаго». Те, кто давно читает блог, знают, что я питаю особую любовь к этому произведению. Все произошло само собой, я даже не задумывалась над тем, какие получатся фотографии, каким особым настроением они будут наполнены. Я не готовилась к этой съемке, был обычный день, обычная прогулка. Но, когда я стала просматривать отснятый материал, меня словно поразило внезапная догадка – на фотографиях на меня смотрела другая девушка. Я пыталась понять, где я ее видела, чей образ сложился из сотен мелочей. Всматриваясь в снимки, осмысливая детали и настроение этой съемки, я поняла – передо мной Лариса Гишар. Моя любимая литературная героиня! Осознание этого момента перевернуло мое воображение. Я начала размышлять, наматывать клубочек мыслей, который приобретал все более ясные очертания! Так родилась идея арт-пректа «Литературные портреты. Женский взгляд». Суть проекта будет заключаться в образах героинь русской классики, которые я буду создавать совместно с моим супругом. Я буду прорабатывать детали, характеры, существенные мелочи, а потом воплощать все это в полноценный литературный образ. Для меня, как для человека искренне любящего русский язык и несравненную русскую классику, это очень дорогое и глубокое решение. Я не знаю во что выльется моя идея, но с каждым днем в моем сознании рождаются все новые и новые образы, которые, признаться, уже не дают мне покоя. Все работы я  буду выкладывать здесь, в моем блоге. Каждый образ будет носить законченный характер, но я прошу принимать во внимание, что это мое видение, от видения других людей оно может отличаться. Итак, первый, несколько недоработанный литературный портрет:

Лариса Гишар по произведению Бориса Пастернака «Доктор Живаго».

Москва, начала прошлого века, старинная, видавшая виды, ожидающая назревающих революционных потрясений. Мирная жизнь еще не тронута разрушающей силой революции, еще кажется, что ее пронесет стороной, что она не коснется своим ледяным пламенем людей, не перемелет жерновами сотни человеческих судеб.

Февраль. Изломанный, прозрачный, хрупкий, надтреснутый. Талый снег, его запах свеж, но, между тем, едва уловимо горчит от печной гари, которой пропитан воздух.

Небо низкое, застиранное, словно байковое одеяло, оно опрокинулось на город, который замер в ожидании переломных событий в своей судьбе. Революция. Какими тонами окрашено это слово? Мятежным красным или прозрачным белым, цветом пустоты и безысходности.

Снег падает на утоптанные дорожки, на резные наличники ссутулившихся домов, накрывает белой пеленой, растворяя временное пространство. Снег накрывает город, который совсем скоро будет рушиться, теряться и распластываться в собственном бессилии.

Лариса Гишар – цельная внешне, но изломанная внутри, изломанная твердыми руками Комаровского, обескураженная его двуличием и холодной расчетливостью. Лара – глубока, как река в половодье, но ее воды отравлены лживой игрой Виктора Ипполитовича.

Образ Лары – это образ России, мятежной, надтреснутой, но неизменно стойкой, которая все стерпит, но не забудет и не простит.

Засыпет снег дороги,

Завалит скаты крыш.

Пойду размять я ноги:

За дверью ты стоишь.

Одна, в пальто осеннем,

Без шляпы, без калош,

Ты борешься с волненьем

И мокрый снег жуешь.

Деревья и ограды

Уходят вдаль, во мглу.

Одна средь снегопада

Стоишь ты на углу.

Течет вода с косынки

По рукаву в обшлаг,

И каплями росинки

Сверкают в волосах.

И прядью белокурой

Озарены: лицо,

Косынка, и фигура,

И это пальтецо.

Снег на ресницах влажен,

В твоих глазах тоска,

И весь твой облик слажен

Из одного куска.

Как будто бы железом,

Обмокнутым в сурьму,

Тебя вели нарезом

По сердцу моему.

И в нем навек засело

Смиренье этих черт,

И оттого нет дела,

Что свет жестокосерд.

И оттого двоится

Вся эта ночь в снегу,

И провести границы

Меж нас я не могу.

Но кто мы и откуда,

Когда от всех тех лет

Остались пересуды,

А нас на свете нет?

1949

P.S. Этот образ я примерила на себя не случайно – давно, я писала об экранизации «Доктора Живаго» и кто-то в комментариях упомянул, что я между мной и Чулпан Хаматовой, игравшей роль Ларисы, есть сходство. Видимо, потребовалось пару лет, чтобы такая незначительная на первый взгляд ремарка выросла в такой образ. 

Про силу воли и женщину-кремень

Те, кто давно читает мой блог, знают, что у меня есть одна особенность – я не умею вязать. То есть в широком смысле вязать-то я умею, а вот красивые ажурности из невесомой пряжи, различные шали и фишу у меня не получаются. Сколько раз я не начинала, а все не выходило. Как в частушке:

Шила милому кисет,

Вышла рукавица.

Меня милый похвалил:

«Ну и мастерица!».

Вот так и у меня, с той лишь разницей, что ни кисет, ни рукавица в принципе не получались даже отдаленно. Но мы легких путей не ищем, как говорится, поэтому я решила…связать себе ажурную блузу. Да, вот так. Не выходит самая простейшая шаль, тогда я свяжу себе блузу по страшно сложной (опять же для моего воображения) схеме. Упорства мне не занимать. Женщина-кремень, не иначе.

Желание подкрепилось еще и купленной пряжей – тончайший, невесомый, прекрасный мохер цвета лосося. Или как там…цвет бедра испуганной нимфы? И я начала, да так активно путала петли, что дошла аж до 37 круга…а потом заблудилась окончательно. А особенность вязки заключается в том, что если распускать, то вообще сложно понять, как потом размещать маркеры.  Неудача меня настигла прошлой весной. Я, конечно, расстроилась и отложила процесс (перед этим я два раза распускала вязание и начинала снова). Недавно прочитала пост у Светы ссылка про пряжу и увидела фото блузы (в Светином посте самая последняя модель), которую я так и не довязала. И что-то у меня щелкнуло: ну как так может быть? Как-то же девочки вяжут! А почему я от своей сущей невнимательности не могу осилить эту красоту? 

В тот же вечер я достала свое вязание, распустила все подчистую и…начала снова! Вяжу медленно, считаю каждую петельку, пока добралась только до 23 ряда, но пока ни на петелечку не отклонилась от схемы. В общем, медленно, черепашьими шажочками ползу к поставленной цели. И не сказать, что мне так сильно нужна сама блуза, сейчас сам результат - уже дело принципа. И что самое главное, не отступая от задуманного, я воспитываю в себе терпение и внимательность. Не знаю, что получится у меня в конечном итоге, но я стараюсь. Девочки-вязальщицы, а у вас были схемы, которые не давались? Или я одна такая?

P.S. В прошлом году я вязала мужу свитер. Связала. Но горловину перевязывала 7 раз. Ага, я и говорю: легких путей не ищем :)) 

Вышивальная история

Всякий раз, когда я выбираю сюжет для очередной работы, как-то само собой придумывается история. Растет вышивка, а вместе с ней история. Причем происходит это непроизвольно, стежок за стежком. Этого своенравного рыжего разбойника от РТО я заприметила сразу: интересный сюжет и не менее интересное исполнение – ну как тут пройдешь мимо! Решение «поселить» у себя хвостатого проказника пришло окончательно перед новогодними праздниками, а в качестве подарка я получила этот набор. 

По моим внутренним ощущениям это не просто вышивальный набор, а целый рассказ. Мне представляется Санкт-Петербург, старинная архитектура, загадочная квартира где-то на Мойке, ранее весеннее утро после грозовой, неспокойной ночи. Наверняка в этой квартире очень уединенно живет какой-то профессор, прочитавший все это несметное количество старых книг, которые лежат повсюду – на стеллажах, книжных полках, подоконнике… Каждое утро он пьет чай из расписной кружки тонкого костяного фарфора, читает за завтраком свежую газету и угощает своего любимого рыжего разбойника теплым еще кусочком душистого хрустящего багета.

Мне видится красивая обстановка – круглый стол с вязанной узорчатой скатертью, накрахмаленные салфетки, столовое серебро, чудные фарфоровые фигурки, пузатый сливочник и гнутые венские стулья с мягкими подушечками. Старинная обстановка, располагающая к неспешности движений, мыслей и самой жизни. По вечерам профессор играет на скрипке, из открытого окна слышны прозрачно-тонкие звуки. Может быть это Чайковский? А любимый питомец, удобно примостившись на книгах, наблюдает за профессором, щуря свои круглые, чайного цвета глаза…

Вот такая история возникает в моем сознании, когда я соприкасаюсь с этим удивительным дизайном. Что самое интересное и непостижимое для меня – это то, что кажется, будто кот все время наблюдает за мой, за происходящим вокруг… Если я оставляю развернутую вышивку на столе, то в какой бы части комнаты я не находилась, стоит лишь бросить взгляд на работу, я вижу наблюдательный взор этого рыжего пирата.

А у вас так бывает, что с вышивкой рождается история?

P.S. Вышивка идет довольно неспешно, потому что вышиваю преимущественно на выходных. В этом посте я не выкладываю работу полностью, то есть картинку отшитого варианта, который обычно идет в наборах, потому что покажу уже всю целиком, уже мною вышитую.      

Прямиком из детства

Майский полдень. Тягучий, напоенный запахом цветущих яблонь. Приглушенное солнце, играющее в листьях и ослепительно синее небо, подернутое набегающими барашками облаков. Мне 16 лет, еще пара дней и исполнится 17, тот возраст, когда жизнь кажется трепетной и ускользающей бабочкой, когда каждый день – открытие, каждый шаг – приключение. Экзамены совсем скоро, «на носу», как настойчиво увещевала мама, но как в такие непередаваемо прекрасные дни можно заниматься науками? К экзаменам я готовилась на даче ("усадьба", как было принято называть в нашей семье), что находилась неподалеку, стоило лишь перейти дорогу наискосок от нашего трехэтажного дома. Там, под старыми яблонями, за которыми с трепетом ухаживала прежняя старенькая хозяйка, стоял небольшой деревянный стол и наскоро сколоченный колченогий табурет. Яблони были очень старыми, всякий раз в непогоду они поскрипывали своими узловатыми ветками на ветру, но каждую весну они настолько обильно цвели, что среди белых розеток соцветий было сложно заметить молодую зеленую листву. Именно там, под яблонями, было хорошо мечтать, готовиться к экзаменам и читать книги, «свои», как я их называла, подразумевая, что это та литература, которая не вошла в обязательный школьный список. В один из таких дней, я собрала учебники, тетрадки, бутерброды и положила «Записки институтки» - небольшую книжицу в коричневом переплете. 

Накануне мама посоветовала ее прочесть, и я, уставшая от недельной зубрежки предметов, вынесенных на экзамены, взяла ее с собой в надежде отвлечься. Разве могла я предположить, что в этот день до скучных учебников дело так и не дойдет, а весь день в тени цветущих яблонь, я проведу за чтением этой удивительной книги.

Автор «Записок институтки» Лидия Чарская, человек со сложной судьбой, но удивительно нежным и трепетным сердцем. А сама книга – не что иное, как описание жизни воспитанниц Павловского института благородных девиц, выпускницей которого была и сама автор. Сложно описать, сколько чистоты и доброты содержится под этой неприметной коричневой обложкой. Стоит ли говорить, что не одно поколение благородных девиц дореволюционной России выросло на незатейливых, казалось бы, книгах Лидии Чарской. У книг Чарской очень сложная творческая судьба – во время революции они изымались из всех библиотек страны, новые произведения автора не печатались из-за правительственного запрета, а для девочки было самым обидным оскорблением сравнение с «институткой из книг Чарской». А все потому, что в книгах были невероятно точные и откровенные описания царской семьи, уроков богословия, образа жизни дворянских детей, отданных на воспитание в институт. И обо всем этом рассказано просто, честно и невероятно правдиво. Девочки-институтки настолько настоящие и непосредственные, что им сочувствуешь, сопереживаешь, и что уж говорить, хочется им подражать, особенно главной героине – Люде Влассовской…

«Записки институтки» я перечитываю, когда устаю от внешнего мира, от настоящего, от нечестных людей и неправильных событий, когда необходимо поверить в себя и в то, что я делаю. Тогда мне на помощь приходит маленькая Люда Влассовская и гордая Нина Джаваха, тогда я понимаю, что нельзя терять веру в главное и нужно идти дальше. Эта книга занимает особое место на моей книжной полке, иногда я достаю ее, листаю страницы и рассматриваю душевные иллюстрации Сударушкина, перечитываю почти наизусть заученные строчки, и тогда несправедливости становится меньше, и появляются силы. А еще я знаю, что мы будем читать с моей дочерью (я верю, что когда-нибудь у меня родится именно дочь! ), когда она подрастет. 

P.S. Если кто-то заинтересовался творчеством Л. Чарской, как впрочем, и другой дореволюционной литературой для детей, советую посетить случайно найденное мною сообщество, посвященное творчеству Лидии Алексеевны (ссылка).      

Террор любовью

Обычно книги Виктории Токаревой я читаю в ноябре, под особое настроение, когда хочется четких образов и сочных искрометных описаний. Странное дело – я никогда всерьез не воспринимала рассказы. Все казалось, что они незначительные, да и о чем таком можно рассказать на паре страниц. Оказывается можно. Дано не всем, но у Токаревой особый дар парой слов передавать картину и высветить даже малейшие детали. Редко такое бывает, что читаешь и упиваешься слогом, точностью характеристик. Словом, впитываешь слова, а рождаются эмоции.

Мое знакомство с творчеством Токаревой началось не с ее книг. Я соприкоснулась с ним намного раньше.

Помню стол, накрытый желтой плюшевой скатертью с длинными кистями, почти достающими пол, помню старенький телевизор «Смена» с выпуклым, будто аквариум, экраном. Я сижу под этим самым столом и увлеченно собираю мозаику из разрезанной на мелкие кусочки новогодней открытки. Мама на нашей крохотной кухне 3х4 печет блинчики. Я прислушиваюсь к звукам, доносящимся оттуда, к приглушенным голосам мамы и старшего брата. А на экране тем временем возникает причудливый золотой шлем и товарищ неприглядного вида – «доцент». Я отвлекаюсь от мозаики и «залипаю» перед экраном. Как потом оказалось, внимание мое привлек теперь уже ставший классикой советского кинематографа, фильм «Джентльмены удачи». Автор сценария не кто иной, как Виктория Токарева. Об этом я узнала, спустя годы, но картинка-воспоминание нет-нет, да и всплывет в памяти. И так тепло и отчего-то сонливо становится, будто не было этих мелькнувших лет и все также можно забраться под стол с желтой скатертью, разложить цветные картонки и вновь стать маленькой и любопытной.

В каждом рассказе Токарева особое место отводит своему читателю – она дает возможность наблюдать за судьбами героев. Страница за страницей она рассказывает о жизни простых людей. Эта жизнь настолько понятная, что в описаниях подчас угадываешь соседей, друзей, а иногда… видишь себя. Для меня полным откровением стала повесть «Террор любовью». Это вдумчивый и очень правдивый рассказ о материнской любви. О том, что эта любовь иногда бывает настолько сильная, что превращается в террор. О том, что эта любовь слепа и не всегда во благо, что она бывает разрушающей силы, но мы не имеем права уклониться от нее. Главная и очень ценная мысль повести – мы для наших мамсмысл жизни и что бы ни случилось, мы должны быть с ними до конца. Никто и никогда не заменит мать и ее жертвенную, а зачастую и слепую любовь. Я читала этот рассказ два раза. Первый раз – неотрывно, в конце вечера с сожалением перевернула последнюю страницу. Второй раз я читала вдумчиво, пропуская через себя каждое слово. По случайности я нашла и одноименный фильм с неподражаемой Розановой. Безусловно, фильм книге уступает, но самое ценное, то о чем хотела рассказать Токарева, сохранено. И…повторюсь…любите своих мам и бабушек. То, что они с нами – бесценно!

Январская акварель

Белая акварель января. Она настолько прозрачная и невесомая, что кажется, будто окружающего мира нет. Есть только талый снег и штрихи оголенных веток на серо-грозовом низком небе. Этот январь поражает своей призрачностью, размытостью очертаний и мыслей. Будто его нет, будто все происходит не со мной. Но есть снег, переходящий в дождь, есть следы на извилистых лесных тропках, ступишь, и тот час же отпечаток на снегу наполняется студеной талой водой.

Я запоминаю этот январь по настроению в миноре, по запаху мокрого снега, по хрусту отсыревших веток, по желтой опавшей хвое, распластанной диковинным игольчатым ковром. Я вглядываюсь в этот январь, вчитываюсь, вдумываюсь. Он отдает мне терпким, горьковатым вкусом стихов Ахмадулиной.

Я впитываю атмосферу и глубину зимнего месяца, который словно сбился с верного пути и, внезапно потерявшись во времени, перенял изменчивые черты беспечного апреля.  

Мой 2014 год. Мои скромные итоги.

Наверное, в какой-то из моих прошлых жизней я жила в СССР, годах так 60-х-70-х. И я не просто люблю это время и все с ним связанное, но и плановая экономика у меня в особом почете. К чему это я? А все просто – я подвожу итоги 2014 года. Скажу честно, что как бы жутко и глупо это не звучало, но я стараюсь все планировать. Мне так удобно, мне так понятнее и приятнее жить. Так вот 2014 год не стал исключением. Я себе всего-всего напланировала, с одной стороны, какие-то мои планы могут показаться не серьезными, но я уверена, что наша жизнь состоит из мелочей, деталей, штрихов, а ведь именно из них складывается общая картина, они как кирпичики. Вот я и создаю свою кирпичную кладку, медленно, скурпулезно, шаг за шагом. 

Итак, каким был мой 2014 год. Он был, безусловно, сложным. Это один из немногих годов, который я могу действительно назвать сложным, но мне было интересно, ведь передряги нас закаляют. Первое, что сложно мне далось в минувшем году, это мой диплом о втором высшем. И дело не в том, что преподаватели злобствовали, а я разнесчастная пыталась пасть жертвой, нет. Я в каком-то смысле лентяйка, потому что из-за свадьбы накопила шестнадцать (!!!) долгов, которые мне нужно было умереть, но закрыть к ГОСам и защите диплома. Но как бы то ни было, я все закрыла, сдала, защитила и диплом получила. Я вспоминаю это время как хорошую встряску и мобилизацию сил.

Второе важное событие в 2014 году – я сменила работу, причем произошло это спонтанно, в одно время с защитой диплома и сдачей ГОСов. Иногда наступают в жизни моменты, когда ты понимаешь, что тебе становится неинтересна прежняя работа, что тебе нужны другие рубежи, тебе нужно развиваться дальше. Вот и у меня произошел такой внутренний сбой. Все разрешилось так, как хотелось и думалось, я шагнула на новую ступень.

Пожалуй, это были два самых главных события минувшего года. Это то, о чем я могу сказать предметно.

Этот год запомнился мне прекрасными вышивальными проектами, я поняла, что действительно очень и очень люблю вышивать и могу назвать этот вид рукоделия своим хобби. Наконец, я дошила огромный «Пасхальный звон», и вышила ряд небольших работ, которые принесли радость другим людям. Все работы этого годы были мною подарены. Это счастье, что они радуют хороших людей. 

Еще одно из моих маленьких достижений – я начала снова ходить в спортзал, уже два месяца я учусь понимать свое тело, жить с ним в гармонии, да и питание очень сильно изменилось в лучшую сторону. Я научилась обуздывать желания, понимать то, что пища – это топливо.

Литературная палитра в этом году не стала чем-то запоминающимся, я лишь снова прониклась Ремарком. Иначе стала понимать его. Этот автор преследует меня второй год.

Из того, что не случилось. В этом году я не отдохнула, события складывались так, что я хронически не успевала жить, про отдых пришлось забыть, но я не жалею, время будет. Я знаю. Я не начла учить английский, хотя, планировала. А все потому, что я пересмотрела приоритеты и поняла, что без регулярной языковой практики (которой у меня, разумеется, нет) такое обучение никому не нужно. Пыл свой я поумерила. Я не дошила лебедей, которых планировала, но это вопрос пары ближайших месяцев.

А в целом год был сложным, но невероятно сильным. Я ценю все что произошло со мной в этом году – это опыт, я принимаю всех людей, которые были со мной в этом году, я не исключаю ни одно событие из моей жизни, которое случилось. Пусть 2015-й станет лучше, пусть он будет без потрясений. Пусть у моих близких все будет хорошо.

PS. Все фотографии из моего Инстаграм. Это просто калейдоскоп картинок из жизни, день за днем, но картинок, которые и составляют жизнь. 

Ботаника, часть вторая. Оформленный мак от MTSA.

В то время, когда нужно писать про Новый год и уже подводить итоги уходящего года, я пишу про ботанику. Но теперь о главном: я оформила мак от MTSA! Скажу я вам, что задача была не из легких, а все потому, что уж очень он тонкий и изящный, благородный и хрупкий, словом, невесомый. Именно поэтому я провела в багетной мастерской целый час, свела с ума местную барышню-оформителя своими притязаниями, но, как мне кажется, добилась своего! Оформление вышло чудесным. 

При выборе багета я руководствовалась главным правилом – не навредить. То есть в моем понимании багет должен чуть оттенять изящество шитья, но никак не перебивать внимание. Сначала я просто хотела обычную светлую раму и полное отсутствие паспарту. Потом я поняла, что это крайне скучно. Лаконичность я люблю, но в случае с маком хотелось дополнить изюминкой, поэтому я остановилась на двойном паспарту. Основной тон молочный, а полоска приглушенного алого ненавязчиво акцентирует внимание на главном - чудном изломанном цветке. 

О самой вышивке я уже писала (ссылка), но чуть повторюсь – оригинальная схема, нити по ключу, равномерка нежного сливочного цвета. От работы получила огромное удовольствие, но расставаться с ней не жаль. Уже завтра она будет подарена очень хорошему человеку.

Я очень долго искала дизайн именно для этого человека, потому что вышивка в подарок, на мой взгляд, это откровение. С одной стороны, ты сама открываешься, с другой – дизайн говорит о многом, в частности, о том, что ты думаешь о человеке. И, наконец, вышивка – это интерьерный подарок, а я считаю, что вторжение в личную зону человека (интерьер его квартиры), очень серьезный шаг, тут важно даже не то что угадать, а почувствовать настроение.

Сам дизайн мака мне показался одновременно хрупким, но внутренне сильным. Несмотря на контуры и полунамеки, выполненные штрихами, присутствует яркий алый цвет во всем своем многообразии, но он не кричащий, а наоборот сдержанный и в то же время очень глубокий. Человек, которому предназначена эта работа, вызывает у меня именно такие ассоциации. Вот так я «прочитала» данный сюжет. 

Ну и скажу пару слов про импровизированную фотосессию. Опять мне хотелось чего-то легкого, с налетом нежности и невесомости, с присутствием основных тонов красного и молочно-белого. Поэтому раффаэлло, тематическая кофейная пара и воздушный шарфик с вязаными элементами. И ощущение зимы, снега, бесконечности и едва уловимого сладковатого запаха мака, согретого летним солнцем.  

Связь поколений

Я не боец, я не люблю спорить и отстаивать свою точку зрения. Для меня проще удалиться, но я останусь при своем мнении и сделаю все по-своему. Недавно в личной беседе мне задали вопрос, для чего мне нужна вышивка. Это было недоумение со стороны человека, который не понимал, как можно тратить драгоценное время на крестики. И в качестве удачного примера этот человек привел мне какой-то новомодный зимний вид спорта. Я вообще не люблю вопросы вроде «для чего?» и «почему?». Мне они кажутся некорректными, ведь мы не подходим на улице к полному человеку и не выпытываем: «ну, и когда ты наконец похудеешь?». От неприятного собеседника я отделалась какой-то дежурной фразой и задумалась, а действительно для чего мне нужна вышивка? 

У меня есть подруга, которая измеряет все свои действия коэффициентом полезности и прибыли. Не скажу, что плохое качество, но меня такой подход приводит в некоторое замешательство. Прагматизм качество, безусловно, хорошее, но не дающее удовлетворения и успокоения душе. Есть вещи и явления, которые неизмеримы материальными позициями. По моим внутренним ощущениям, вышивка относится именно к такой категории. 

Так вот путем размышлений я пришла к некоторым выводам. Для меня вышивка – это творчество в чистом виде. Видимо, от неумения держать в руках кисточку и палитру я начала вышивать. Я наблюдатель, и стежок за стежком я наблюдаю, как на ткани вырисовывается картина. Согласитесь, это ни с чем несравнимое удовольствие!

Еще вышивка – это возможность сказать человеку о том, что он тебе дорог, симпатичен, поблагодарить за то, что он рядом. Несколько лет я вышивала «Пасхальный звон», огромная и очень дорогая моему сердцу работа. Я просто не могла ее не подарить человеку, который очень многое для меня сделал в плане моего личного развития, воспитания, который не жалел для меня своих душевных сил. Или, например, на день рождения маме моего мужа я вышила небольшую, но очень уютную работу. Это моя благодарность ей за сына, за то, что она его воспитала именно таким, уникальным. 

Еще вышивка – это возможность поддерживать связь поколений, рукотворная красота. В последнее время я стала ценить каждую прожитую минуту. Я по-настоящему ценю время, проведенное с любимыми и незаменимыми людьми. Недавно за вышивкой мне подумалось, что крестики – это такая весточка из прошлого, как старинные фотографии и предметы быта. Человек жил в прошлом веке, а мы можем держать в руках его кофейную чашку, рассматривать пожелтевшие снимки, понимать, что вот этот вышитый рушник разменял уже как минимум шестой десяток. Так и я стежок за стежком представляю себе, что, возможно, когда-то мои скромные труды увидят мои родные, но уже из других, неведомых мне поколений…

Наверное, вот для этого мне и нужна вышивка, чтобы творить, мечтать, ощущать связь поколений и верить в то, что не все в жизни измеряется прагматизмом.

Хрупкая красота

Она просто вол-шеб-ни-ца! Вот так сразу и неоспоримо хочется мне заявить об этом дизайнере. Я не оригинальна, к сожалению. Как и многих рукодельниц меня накрыло волной восторга от дизайнов Мари-Терез. Скажу честно: я очень долго к ним присматривалась, примерялась, настраивалась. Года два точно. Вспомню, посмотрю на изящные работы, покручу схемочку и…отложу. Во-первых, всегда меня смущало исполнение – какие-то черточки, штришочки, мелкие детальки…Во-вторых, уж больно все мелкое, едва видимое, а я-то люблю, чтобы вышивка ого-го была – гобеленище, не меньше! А тут – и вышивать нечего. И так я откладывала, откладывала, пока на глаза мне не попался…мак. Один мак. 

Скажу честно – я очень люблю маки! Они такие дерзкие, откровенные, напитанные чувственно-хрупкой, наркотической красотой. Пожалуй, маки – самые небанальные цветы, ими можно бесконечно любоваться. Но как бы не был красив мак, его прелесть передать очень сложно, настолько, что его красота у некоторых художников отдает, простите, пошлостью. А тут…ничего лишнего, тонкие линии, выверенные пропорции, полунамек на откровенную красоту. Мак от Мари-Терез я бы сравнила с распускающейся красотой южанки. Не тяжелое преобладание тягучей и приторной красоты, а деликатный намек, обещание прекрасного…

Вот так я и решила вышить мак в подарок одной девушке. Это своеобразный комплимент, который мне хочется безмолвно выразить человеку.

Пока делюсь незавершенной работой, но идет она легко, несмотря на микроскопическую канву. Думается мне, что это первая, но не последняя работа по дизайну Мари-Терез.

P.S. Лебедей снова пришлось отложить, но осталась самая последняя часть схемы. До конца года я их обязательно вышью.

Полуденный чай

Что ни говори, а все-таки я человек домашний. То ли с возрастом я становлюсь такой, то ли начала понимать какая ценность заключается в этом. В выходные дни я наслаждаюсь покоем – вышиваю за чашечкой кофе, кулинарю, читаю, испытываю все мыслимые и немыслимые маски-скрабы-пилинги на себе. В общем, дома мне скучно никогда не бывает. Сегодня как раз такой выходной день, когда мне скучать совершенно некогда, да и незачем – из багетной мастерской я забрала «Полуденный чай». Вышила я его довольно быстро – месяца за два (при этом вышивала я только по выходным). Во-первых, подарок, потому нужно было успеть до 6 октября, а во-вторых, размер дизайна небольшой. 

Впечатления от работы у меня остались приятные, но были и некоторые казусы. Признаюсь, что прежде я не вышивала наборы фирмы «Алиса». Поскольку я человек спокойный и аккуратный, я редко совершаю необдуманные покупки, это относится ко всему, в том числе и к рукодельным наборам. Обычно я покупаю наборы хорошо известных марок, и вышивать предпочитаю по дизайнам, которые видела в отшитом варианте. Пусть даже фотографии, но если работа сделана уважаемой мною мастерицей, то я влюблюсь и загорюсь идеей повторить. С «Алисой» я знакома не была. Я очень уважаю дизайны «Риолиса» и «Золотого руна», но в общем и целом наши российские дизайны оставляют желать лучшего (не все, но есть).

У «Алисы» мне очень понравился сам дизайн – сочные цвета, лаконичный натюрморт без лишних деталей, плавные цветовые переходы. Но вот сама работа заставила меня понервничать. Когда я открыла набор и быстро просмотрела схему, то мне подумалось, что работы тут на неделю, не больше. Я ошиблась. Ну, во-первых, мелкая и жесткая канва. С одной стороны – хорошо, можно без пялец вышивать, а с другой - я исцарапала себе все пальцы иголкой.

Во-вторых, работа вышивается крестом и полукрестом в разное количество нитей. Все бы ничего, я согласна, что это дает определенный визуальный эффект, но все эти ухищрения вроде крест в одну нить, в четыре нити и крест в ШЕСТЬ нитей на мелкой канве, выглядят, скажем так, не очень красиво. Причем иголочка в наборе была всего одна с тонким ушком, никак не предназначенная для целой пастмы. В общем, я кинулась сначала вышивать то таким крестиком, то эдаким, то в одну нить, то в три (до шести я не дошла), а потом я начала путаться. В итоге я безжалостно все распорола и вышила дизайн обычным крестом в две нити. Что мне понравилось так это множество полутонов, при вышивании приходилось смешивать нити близкого колора и потому получались такие плавные и ненавязчивые переходы.Все же признаюсь, что работа оставила приятные впечатления и мне хочется думать, что только у меня вызвали недоумение некоторые моменты. 

Что касается багета, то тут я просто подбирала (не без помощи мужа, он у меня главный советчик) что-то спокойное, потому как сама вышивка достаточно яркая.

Ну что ж теперь осталось подарить. Думаю, что подарок понравится.

А пока я вышиваю своих лебедей, причем работа идет быстро и с удовольствием. Почему быстро скоро расскажу, у меня появился в хозяйстве замечательный помощник, сбылась моя мечта и никаких денег не жаль на такое ценное приобретение. Но об этом чуть позже.

Всем теплой осени и творческого непокоя!

Всего на пару минут...

Городская жизнь затягивает, она будто ставит какие-то рамки, за которые сложно выйти. Мне очень не хватает ощущения свободы и простора, необузданности и тишины, которые давал мне лес. Я скучаю по чувству единения с природой и оторванности от происходящего, которое раньше так часто посещало меня. Всякий раз, бывая у мамы, я рвусь в лес. Он обладает поистине целительной силой: проходят все печали, взгляд на происходящее проясняется, обиды и случайное недовольство отпускают. Я всегда внутренне очищаюсь в лесу. Несчастны те люди, которые не умеют чувствовать природу, ее голос, настроение, поддержку. В лесу время для меня замедляется, окружающий мир становится огромным, глубоким, неизведанным, интересным. Я люблю сидя под деревом чувствовать жизнь леса: шорохи, скрипы, постукивания, треск… 

Три излома на версту...

Природа напитывает силой, даже ускользающая осенняя красота. Каждый осенний день прекрасен по своему, но особенно мне запоминается лик поздней осени: прозрачные, словно нарисованные тушью голые ветки деревьев, щемящая пустота и глубокий белесый туман.

Губительная красота

Я помню те славные времена, когда после школы брала с собой Тотошку и отправлялась в лес. Мы с ним собирали хрупкие, липкие рыжики, жгли костер и варили на нем самый вкусный на свете чай из малиновых листьев и увядших веточек душицы…И казалось, что я самый счастливый человек на свете. Я бережно храню эти воспоминания, но как жаль, что в те времена невозможно вернуться…Я не прошу многого, мне не надолго, всего на пару минут…

Новая жизнь

Одиночество

Параллели

Глоток жизни

Капли

Братья

На изломе

Рыцарский цветок

Застенчивость